InoModerator (inomoderator) wrote in inosmi_ru,
InoModerator
inomoderator
inosmi_ru

Categories:

День в истории: 15 ноября 1988 года – полет «Бурана»

Советский ракетно-космический миф («Русская Германия», Германия)


Один из героев английского драматурга Тома Стоппарда говорил: «Замечательно будет жить в третьем тысячелетии, особенно в его начале. Человек каждый день будет убеждаться: почти все, что мы знали о любом явлении и считали, что это – объективная истина, – оказывается неверным». Эта работа – одно из множества подтверждений тому.

Триумфальным запуском комплекса «Энергия-Буран», состоявшимся 15 ноября 1988 года, завершилась советская ракетно-космическая программа. Зарубежные средства массовой информации и даже специалисты НАСА отмечали, что «техника русских находится на высоком уровне». Тем и запомнился вскоре канувший в небытие Советский Союз: до сих пор никем в мире не созданы более мощная ракета, чем «Энергия», и более совершенный летательный аппарат, чем космический корабль «Буран». Особенно врезалась в память миллионам завершенная с таким блеском посадка многотонного орбитального корабля в полностью автоматическом режиме. Постарались и «прикормленные» журналисты, усиленно фиксируя внимание на сложнейших метеорологических условиях, в которых была осуществлена эта посадка. И ведь действительно – ураганный ветер с дождем, резкое падение температуры, угроза обледенения посадочной полосы и пр.

А главное, все – правда, и так, начиная аж с 1957 года. И первый спутник, и первая собачка, и первый человек в космосе – наш, и первая женщина тоже, и первый выход в открытый космос, и первая стыковка космических кораблей, и первая орбитальная станция. Так в чем же миф? Действительно ли мы были страной «опережающего» развития? Нет, в этом как раз и состояла пропагандистская суть ракетно-космического мифа, созданного в стране «догоняющего» развития.

Уже после запуска в 1957 году первого ИСЗ возникло устойчивое мнение о лидирующем положении СССР в космонавтике. Газеты тогда захлебывались: «Русские опередили всех в завоевании космоса»; «Американцы опаздывают»; «Новые свидетельства превосходства советской техники» и т. д. Хрущев во время своего пребывания в Америке хвастался тем, что межконтинентальную ракету русские создали раньше американцев. У мировой общественности возникало впечатление, что США действительно безнадежно отстали, хотя о реальном превосходстве СССР перед Америкой ни в экономике, ни в технологии не могло быть и речи.

Нередко космические успехи просто фальсифицировались, а неудачи вообще всегда скрывались. Вот, к примеру, некоторые фрагменты мифа, связанные с появлением первого спутника. Легендарная королевская «семерка», ракета Р-7, создавалась, конечно же, как боевая межконтинентальная ракета-носитель термоядерного заряда. Однако помимо того, что она обладала недостаточной дальностью для поражения стратегических объектов США – всего 8 тыс. км, – во время летных испытаний возникли проблемы. В момент отделения головной части происходило ее разрушение из-за соударения с центральным блоком ракеты. Требовались доработка как конструкции самой головной части, так и системы ее отделения от носителя

У Королева возникли вполне обоснованные опасения, что «атомщики» смогут утратить веру в надежность его «семерки». Чтобы отвлечь внимание от возникших проблем и выиграть время для доработок, Королев приказал срочно изготовить «шарик» с передатчиком и вывести его на околоземную орбиту при помощи одной из остававшихся ракет. За один месяц, работая круглосуточно, изготовили простейший ИСЗ весом 83,6 кг с двумя передатчиками и четырьмя антеннами.

Запуск ИСЗ вызвал оглушительный фурор во всем мире, а Хрущева привел просто в состояние аффекта. После запуска ИСЗ факт существования в СССР межконтинентальной баллистической ракеты стал абсолютно очевидным, и американское правительство отреагировало на него вполне адекватно: оно объявило космическое пространство сферой интересов США. Вернер фон Браун, создатель «ФАУ-2», перешедший на сторону американцев, тут же предложил в кратчайшие сроки подготовить и осуществить запуск американского спутника. ИСЗ «Эксплорер-1» был запущен подразделением фон Брауна 1 февраля 1958 года. Несколькими месяцами позже было создано гражданское управление по исследованию космического пространства – НАСА, а сам Браун был назначен заместителем его руководителя.

Создание НАСА и назначение Брауна его фактическим руководителем во многом определили успех американской космической программы. Именно Браун предложил, наряду с модификацией существовавших в то время средств, необходимых для поддержания напряженности космической гонки, начать крупную опережающую программу. Так в США широким фронтом развернулись работы по подготовке полета на Луну. При этом главное внимание было сосредоточено на создании и отработке новых мощных кислородно-керосиновых двигателей с тягой 695 тонн для первой ступени ракеты и кислородно-водородных – для второй и третьей ступеней.

И без того трудное для советской экономики распараллеливание космических программ усугублялось конкуренцией между главными конструкторами ракетных систем Королевым, Глушко, Янгелем и Челомеем. Между Королевым и Глушко произошел вообще полный разрыв после того, как Королев привлек к разработке новых ракетных двигателей конструктора авиационных турбореактивных двигателей Кузнецова.

Тогда Королевым была совершена двойная ошибка, так как не обладавший опытом строительства ракетных двигателей Кузнецов был не в состоянии создать надежный двигатель в приемлемые сроки, а Королев, ориентируясь на его двигатели сравнительно небольшой мощности (140 тонн), пошел на выбор невероятно сложной схемы ракеты с очень большим количеством двигателей – 48 штук.

Первый запуск «Сатурна-5» состоялся в ноябре 1967 года. На орбиту тогда был выведен макет лунного комплекса массой 125 тонн. Советскому же Союзу с выполнением лунной программы явно не везло. У Кузнецова «не шли» двигатели, хотя и были они несравнимо меньшей мощности – сказывалось отсутствие и опыта, и огневых стендов, на которых этот опыт мог быть приобретен. Первоначальный проект ракеты «Н-1» по результатам дальнейших проработок оказался непригодным для высадки человека на Луну. Пришлось увеличивать число двигателей первой ступени, доведя их количество до 30 штук. При этом так и не решенная проблема с обеспечением синхронной работы большого числа двигателей еще более усложнилась.

Кроме того, поскольку ракета «Н-1» не имела военного применения, все технические проблемы, связанные с ее созданием, приходилось решать при полном отсутствии поддержки со стороны военных – формальных заказчиков всех вообще космических программ. А в это время в США вслед за первой лунной экспедицией в июле 1969 года, когда Армстронг и Олдрин пробыли на Луне чуть менее суток, было осуществлено еще несколько столь же успешных полетов к Луне.

В феврале 1969 года состоялся первый запуск нового советского сверхтяжелого носителя «Н-1». Ракета высотой 105 м и стартовой массой 2800 тонн взлетела нормально, несмотря на то, что два двигателя из 48 выключились практически еще на старте. Но на второй минуте полета факел вдруг погас, и ракета начала падать. К счастью для «наземщиков», это произошло в безопасном месте, уже в 52 км от стартовой позиции.

Второй пуск был запланирован на июнь 1969 года. Было решено совместить его с облетом Луны. Баллистики рассчитали дату и время пуска: 3 июня 1969 года в 23 часа 18 минут по Москве. Еще до отрыва от стартового стола взорвался один из двигателей ракеты. Несмотря на это, ракета все же поднялась на высоту 200 м, а затем плашмя упала на стартовые сооружения. В ночной степи пламя от горевших почти 2500 тонн жидкого кислорода и керосина было видно за десятки километров.

В ночь с 26 на 27 июня 1971 года состоялся третий пуск «Н-1». Взрыв ракеты в 20 км от старта стал прощальным «салютом» умершему за день до этого – 25 июня – главному конструктору двигателей всех космических кораблей Исаеву. В ноябре 1972 года состоялся четвертый и тоже неудачный пуск ракеты. Он оказался последним: возглавивший в 1974 году бывшую королевскую фирму академик Глушко одним из своих первых приказов прекратил все работы по тематике «Н-1».

Теперь затмить успех американцев могла бы только постоянно действующая на Луне база. С таким проектом выходил еще Мишин, занявший должность главного конструктора после смерти Королева в 1966 году, а позже Глушко. Однако там, «наверху», ситуацию видели по-другому и настаивали на создании в кратчайшие сроки долговременной орбитальной станции, чтобы обогнать американцев по числу космонавтов. Так начался длительный период массовых пусков, в том числе и с участием иностранных космонавтов.

Келдыш, пользуясь своим влиянием на «старцев» в Политбюро ЦК КПСС, убедил сначала Устинова, а потом и Брежнева в опасности, исходившей от американской системы «Спейс-Шаттл», способной нанести превентивный ядерный удар. В результате Глушко фактически были навязаны работы по созданию советской космической многоразовой системы «Энергия-Буран». Однако в рамках этой системы ему удалось реализовать свои давние планы по созданию самого мощного в мире носителя на своих новых кислородно-керосиновых двигателях с тягой 740 тонн.

Таким образом, через 12 лет после закрытия темы «Н-1» Глушко все-таки создал самую мощную в мире ракету, названную по его предложению «Энергия». Она превзошла по своим характеристикам американскую – «Сатурн-5», но ровно на 20 лет позднее. Тогда же, после первого успешного запуска «Энергии», Глушко предпринял последнюю попытку реанимировать проект долговременной базы на Луне, но поддержки «наверху» опять не получил. Так ничем завершилась многолетняя и многомиллиардная лунная программа.

На пуске советской космической многоразовой системы «Энергия-Буран» 15 ноября 1988 года генеральный конструктор НПО «Энергия» – организации, ответственной за создание всего комплекса в целом, – тяжелобольной 80-летний академик В. П. Глушко уже не присутствовал. В бункере управления находились два его зама: Семенов, главный конструктор по кораблю «Буран», и Губанов, главный конструктор по ракете «Энергия».

Попытке запуска комплекса «Энергия-Буран» 15 ноября 1988 года предшествовали, как минимум, две: последняя – 29 октября. Тогда отмена пуска произошла за 51 секунду до старта. Мало, кто, кажется, верил в успех и на этот раз, хотя о причинах своих сомнений никто не говорил. Впрочем, нет, один человек говорил и даже писал в адрес правительства, что осуществить полет «Бурана» и его посадку в полностью автоматическом режиме в принципе невозможно. Этим человеком был командир отряда летчиков-испытателей, готовившихся к полетам на «Буране», космонавт Игорь Волк.

Повтор предстартовой подготовки прошел практически без замечаний, все системы корабля функционировали исправно. Но погода портилась с каждой минутой. В 1 час ночи была получена телеграмма – штормовое предупреждение: увеличивается облачность, снег, порывы ветра до 20 м/с, опасность обледенения ракеты. На экстренном заседании государственной комиссии три главных конструктора – Ю. П. Семенов, Г. Е. Лозино-Лозинский, главный конструктор планера «Буран», и В. Л. Лапыгин, главный конструктор системы управления корабля, – пошли «ва-банк» и настояли на продолжении выполнения программы.

И вот, наконец, в 6 часов утра пуск – команда: «контакт подъема». Ракета озарилась ярким светом извергавшегося из двигателей пламени. Затем потянулись бесконечно длинные секунды полета. «Есть отделение параблоков»... «Полет нормальный»... «Есть отделение орбитального корабля». На этом задача ракеты-носителя была выполнена. Раздались первые аплодисменты. Теперь стали ждать, когда на отделившемся корабле раскроются антенны для установления связи с «Бураном». И вот с борта пошла телеметрическая информация.

Примерно через 2 часа 20 минут от «контакта подъема» после соответствующей ориентации включился двигатель на торможение для обеспечения схода корабля с орбиты. Тормозной импульс производился на высоте 250 км и на расстоянии около 20 000 км от космодрома. Снижение корабля началось над западным побережьем Африки. Спустя еще примерно полчаса «Буран» вошел в атмосферу, и связь с ним прекратилась, так как образующаяся плазма экранировала антенны радиотехнических систем. Корабль был обнаружен, когда он уже находился на расстоянии 550 км от посадочной полосы. На заключительном этапе полета в атмосфере могли использоваться только аэродинамические органы управления, поэтому посадку требовалось осуществить с первого захода.

Через три часа ожидания на экранах мониторов появился возвращающийся орбитальный корабль. На высоте 4 км он начал выполнять «глиссаду». На экранах появилось изображение приближающегося аэродрома и посадочной полосы с разметкой. Аэродромные телекамеры показывали «Буран» под разными ракурсами – он уверенно шел на посадку. Но когда корабль уже коснулся посадочной полосы, он вдруг начал совершать крутой маневр. От неожиданности даже разработчики не сразу сообразили, что происходит. Оказалось – это бортовой вычислительный комплекс корабля в соответствии с 19-м вариантом программы автоматической посадки, определив превышение посадочной скорости из-за сильного ветра, выдал команду на ее гашение путем выполнения бокового маневра.

Пробежав чуть более 1,5 км, «Буран» замер посреди посадочной полосы. Настолько правильной и изящной была посадка 80-тонного корабля, что просто не верилось в отсутствие летчика, хотя вряд ли даже самый опытный пилот справился бы с этой задачей. Завершенная с таким блеском посадка орбитального корабля в полностью автоматическом режиме вызвала бурный восторг у всех, кто находился в тот момент на месте посадки или в бункере, в зале управления. Это были счастливые, незабываемые минуты. Радовались даже противники создания «Бурана». Велико было изумление И. П. Волка, до конца не верившего в посадку беспилотного корабля. Тогда еще никто не знал, что эта первая посадка «Бурана» станет и последней.

Когда казалось, что теперь, после такого блистательного успеха первого полета «Бурана», программу уже не решится закрыть никто, разгорелась война вообще против космоса. Газеты писали, что мы, наконец, «всерьез начали считать деньги. Отказались от переброски рек, стремимся переориентировать оборонную промышленность на нужды народного хозяйства, сокращаем армию... В этой связи не пора ли сократить ассигнования на освоение космоса?».

Но работы все-таки еще какое-то время по этой программе продолжались. Шла комплектация следующего варианта «Бурана», не прекращалась разработка новой версии программного обеспечения, которая по объему намного превосходила версию для первого полета. Второй полет уже должен был быть многосуточным, с осуществлением стыковки с орбитальной станцией «Мир». Параллельно велась работа и над первым пилотируемым изделием, полет которого был запланирован на 1992 г.

Однако события следовали одно за другим. 10 января 1989 г. на 81 году жизни скончался Валентин Петрович Глушко. Новым генеральным конструктором был назначен Ю. П. Семенов. На научно-техническом совете НПО «Энергия», состоявшемся в том же августе, были закрыты программы совершенствования тяжелых ракет и ракет многоразового использования, создаваемых на базе ракеты-носителя «Энергия». Вскоре вслед за этим были приостановлены и работы по кораблю «Буран». Хотя еще и не говорили об их полном закрытии.

Ситуация в отрасли резко ухудшилась после распада Советского Союза. Казахстану, конечно, не под силу было содержать космодром в Байконуре. Назарбаев предложил создать международную космическую компанию с участием России и Украины. Но Россия в то время вела интенсивные переговоры с правительством США в рамках комиссии «Гор – Черномырдин». Следуя духу этих переговоров, решено было космодром оставить российским на правах аренды.

Комплекс «Энергия-Буран» принципиально отличался от американского «Спейс-Шаттла». Американцы создали совершенно новое транспортное средство – космический самолет. «Буран» же только внешне напоминал «Шаттл», но по сути был планером, а не самолетом, ибо в атмосфере Земли у него использовались лишь аэродинамические поверхности в «бездвигательном» режиме.

Кроме того, совершивший тогда свой первый и единственный полет «Буран» представлял собою упрощенную версию корабля, предназначенного только для проведения совместных летных испытаний комплекса «Энергия-Буран» в целом.

Интересно, как судьба распорядилась с тем единственным летавшим в космос «Бураном»: он был уничтожен в 2002 г. обрушившейся крышей ангара монтажно-испытательного корпуса на космодроме Байконур. Так даже не осталось вещественных доказательств того, что «Буран» побывал в космосе.

Источник: Марк Аврутин, «Советский ракетно-космический миф», «Русская Германия»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 145 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →